Я любила своих детей за много лет до их рождения: 5 женщин о своём опыте материнства

Конечно, мам нужно любить, обнимать и благодарить каждый день, а не только в специально отведённый для этого. Это даже не обсуждается. Тем не менее День матери — классный повод задуматься об опыте материнства и о том, как разные девушки его переживают. В обществе есть устоявшийся и нерушимый образ Матери — человека, у которого всегда на первом месте ребёнок, кто опознает своего малыша по запаху родничка за доли секунды, кому не нужны душ, еда и сон.

Но все мамы — разные. Стремиться к идеалу и опасно, и неправильно — у каждого он свой. Для всех этот опыт уникальный и особенный. Вот именно об этом и расскажут наши героини.

Наташа Каменская

 

Есть люди, которые всегда знали, что хотят ребёнка, и лет с 20 были уверены, что станут родителями. А есть те, кто долго размышляет, ждёт появления этого чувства и этой уверенности. Так вот, я — из второй категории. Я думала, однажды утром я проснусь и пойму: «Всё, вот теперь я прямо хочу ребёнка, не могу!» Но, оказалось, такого не бывает.

Я всегда без особых сантиментов относилась к детям. Да и сейчас так отношусь. Мне казалось, воспитывать ребёнка нужно интуитивно и как только он у тебя появится, ты поймёшь, что с ним делать. Но теперь я знаю, что общение с ребёнком — это абсолютно новый и особенный навык. И пока его у тебя нет, обязательно нужно, скажем, изучить матчасть.

 

Оказывается, то, как мыслим мы, и то, как работает психология взрослого, не имеет ничего общего с тем, как работает мышление детей. Например, я не знала, что дети не плачут просто так. Мне казалось, что вот эти вечно орущие малыши орут просто потому, что им хочется. Но на самом деле всегда есть какая-то причина, и если её найти и устранить, ребёнок перестанет кричать.

Разобраться во всём этом, конечно, без специальной литературы непросто, и здорово, что сегодня её так много и она такая разнообразная. Тут только нужно из всего многообразия выбрать что-то своё: лично для меня ближе интуитивно-естественное воспитание, природное, что ли. Из книг, которые помогли мне, — «Тайная опора» Людмилы Петрановской. Она очень классно объясняет психологию ребёнка и то, почему он так или иначе реагирует на какие-то вещи. Ещё есть 2 отличные книги Юлии Гиппенрейтер: «Общаться с ребёнком. Как?» и «Продолжаем общаться с ребенком. Так?». Вот их я советовала бы прочитать всем взрослым, даже не родителям: автор очень здорово пишет о психологии отношений, умении слышать других людей и реагировать на конфликты.

Раньше мне казалось, что чем меньше ты сюсюкаешь с ребёнком и окучиваешь его, тем сильнее как личность он вырастет. Оказывается — нет. Чем больше с самого детства ты лелеешь малыша и рассказываешь ему, как любишь его и как он тебе дорог, тем независимее и самостоятельнее он станет. Он поймёт — у него есть поддержка и безусловная любовь. А если с 2 лет говорить ему: «Ты взрослый мальчик и сам справишься», он будет стрессовать и чувствовать, что никому не нужен. Такие тонкие вещи лично я интуитивно не понимала — поэтому литература мне очень помогала.

Мне казалось, что у меня всё случится по знаменитому принципу «родишь — поймёшь». Я думала, что сразу стану Мамой, у которой гормоны проведут революцию, сместят тебя прежнюю и создадут сверхчеловека, который не будет хотеть спать, будет понимать, чего хочет ребёнок, и сделает ради него что угодно. Но этого не случилось — ко мне не пришло мгновенное чувство, что я мама, и вообще теперь не могу жить без своей дочери. Всё это появилось спустя время знакомства и изучения друг друга.

Первое время я чувствовала себя в каком-то заточении. 3 дня после родов мне вообще казалось, что я в тюрьме: я постоянно должна была быть с ребёнком, не могла никуда выйти, потому что он по сути привязан к груди. Это было очень странное состояние. Благо, рядом была моя мама, и я могла хотя бы позволить себе пойти в душ — а многим и это недоступно, если ты один, такие базовые вещи становятся сложными. Но почему-то о сложностях и проблемах мамы обычно не говорят, говорят только о хорошем. Из-за этого чувствуешь себя странно, думаешь: так, а почему я сразу не почувствовала всех этих эмоций после рождения ребёнка? И почему я не слышу этот его волшебный запах, о котором все говорят? Я что, какая-то неправильная? Почему мой ребёнок не пахнет? Потом неделями ты не выходишь из дому, и начинаются депрессивные состояния. Но об этом говорить нельзя, жаловаться нельзя, нужно быть супермамой. И мне кажется, это очень опасно для женщин.

Мне кажется, в информационном поле не хватает открытости по поводу того, что у мам могут быть разные настроения и состояния. Если ты сразу ощутила безумную влюблённость и радость от рождения малыша — это отлично, но если нет — это тоже нормально, ничего страшного. Не надо бояться об этом говорить, не надо бояться просить помощи и поддержки — и мужчины, и близкие люди тоже должны это понимать. Банально попросить друзей или партнёра посидеть с ребёнком, пока ты пойдёшь в душ, выйдешь за кофе или просто немного побудешь сама, наедине с собой. Это действительно очень помогает — и это очень важно.

 

Элина Бабичева

 

Когда ребёнку ещё не исполнилось года, процесс воспитания больше напоминает выхаживание, уход или заботу. Ведь ребёнок ещё не понимает слово «нельзя» — не из-за протестных настроений, а из-за физиологических особенностей развития человека. Но в будущем мы планируем придерживаться либерально-консервативных методов воспитания. Мы не будем ему запрещать многое, но будем ждать и требовать от него повышенного внимания к культурному и научному наследию человечества. Сегодня молодые люди слушают музыку, созданную 40 лет назад, и она уже стала мейнстримом. Я думаю, что подобные явления говорят о том, что вековой конфликт отца и сына будет иметь всё меньшее распространение, поэтому в воспитательном процессе нам будет легче.  

Я родилась в большой семье, у меня 2 младших брата и сестра, которая на 20 лет меня моложе, поэтому визуально я прекрасно понимала, что меня ожидает. Бессонные ночи, нехватка времени, возможно, лишний вес и послеродовая депрессия. Последнее самое сложное. Я много читала об этом и, честно говоря, думала, что меня она не коснётся. Одна из первопричин, по которой образовывается депрессия, — быт, который кажется просто бесконечным процессом, он становится слишком навязчивым и тяжело переносимым.     

О послеродовой депрессии нужно говорить, её не нужно стесняться. Это естественный процесс, который происходит от смены гормонального фона. Нужно сходить к психологу, чтобы он помог разобраться. Я обошлась без помощи специалистов, но при этом мучилась 5–6 месяцев. Возможно, если бы я обратилась сразу, справилась бы раньше с навязчивыми мыслями. Не бойтесь доверять близким, по возможности оставляйте ребёнка с бабушками и нянями. Уделяйте время себе и партнёру.

 

 

Самым опасным заблуждением для меня было ожидание, что через какое-то время станет легче. Я всё ждала: ну, когда уже станет легче? А это легче всё не наступало. Как-то моя бабушка сказала мне: «Василий — это твой маленький хвостик. Ты от него никуда не денешься. Теперь ходу назад нет, теперь только вперёд!» Поэтому пришлось принять новый образ жизни с концами. И, оказалось, это совсем не страшно, а интересно и увлекательно!   

Настя Жеребецкая

 

Мне импонирует принцип, который описал Джон Медина в книге «Правила развития мозга ребёнка»: нужно просто быть чутким и требовательным. Но я бы не придерживалась ни одного принципа, если бы он не был близок моему стилю родительства и, собственно, характера. Чуткости у меня хоть отбавляй, а требовательность сформировалась за годы работы арт-директором. Ещё стараюсь делать Ганусю счастливой и насыщать её жизнь впечатлениями. Пусть даже она и не вспомнит ни одну из моих попыток и будет узнавать о них постфактум. Гануся за первый год жизни побывала в Венгрии, Германии, Дании и Швеции, играла с детьми из разных стран, проползала по национальным галереям и королевским паркам. И да, я из тех либеральных мам, которым не жалко лишний раз постирать одежду ребёнку, чтобы только он жил полной выпачканной жизнью.

Я намеренно ничего не читала и не изучала перед рождением, чтобы не ограничивать своё видение чужим опытом. Я даже трейлеры не смотрю перед фильмами, так что и с материнством хотела обойтись без лишних спойлеров. Поэтому каких-то прозрачных ожиданий не было. Понимала, что будет сложнее, и очень переживала из-за работы. Сейчас могу сказать, что быть мамой Гануси — это практически единственная реальность, которая в миллион раз лучше ожиданий. Кайфую от всего! Ну, кроме недостатка сна длиной в год.

Я боялась, что у меня будет послеродовая депрессия, и она меня таки укусила. Несколько недель постоянных слёз, паники и беспокойства. Очень благодарна маме и мужу, которые всячески способствовали моему быстрому возвращению в нормальное состояние. С другой стороны, я очень ждала новый объект любви, и всё произошло именно так, как хотелось. Знала, что буду любить максимально, и так и есть!

 

Мне кажется, что благодаря соцсетям с информацией о беременности всё не так плохо, как было ещё совсем недавно. Я была подписана на инста-аккаунты о беременности и родах, видела, как это всё выглядит, и перестала переживать по незнанию. Меня не пугали муки схваток или внешний вид плаценты. Более того, мы с мужем следили за ходом развития ребёнка через приложение и ходили на лекции для будущих родителей. Благодаря им муж без колебаний согласился поддерживать меня во время рождения и выстоял до конца, и глазом не моргнув.

 

Знаю, что я не показательный случай и у всех по-разному, но я люблю своих детей со своих лет 16-ти. То есть за много лет до их рождения. Когда Гануся родилась, я чуть не взорвалась от количества любви к ней (окей, я не только о лошадиной дозе окситоцина, мне её укололи для ускорения родов). А вот она меня полюбила за месяцев так 5. До этого её больше интересовала кошка и левая нога.

 

Александра Ковалёва

 

«Советчиков будут сотни. Никого не слушай, ты лучше знаешь своего ребёнка и лучше знаешь, как поступить», — это лучший совет из тех самых сотен советов, которые мне давали разные люди по поводу рождения и воспитания ребёнка. Оказалось, правда. Эволюция многое продумала за нас. Я, как все, думаю, прочла уйму полезных книг и статей, чтобы прийти к простому выводу: я знаю своего ребёнка лучше, чем все Споки, Монтессори, Боулби, Хогги и прочие «комаровские» вместе взятые. Читать — это нужно, правильно и полезно, но не стоит равняться на чьи-то нормы, сравнивать и пытаться натянуть их на своего ребёнка. Десять месяцев назад у нас появился настоящий дракон — крайне активная волевая девушка с характером. Тем не менее с шести месяцев она засыпает самостоятельно и спит, не просыпаясь, всю ночь, в том числе на трансконтинентальных перелётах, и не знает, что такое страх — к такой динамике я приложила массу усилий.

И помогли здесь в первую очередь не знания, почерпнутые из книг, а наше с ней внутреннее взаимопонимание и уважение друг к другу. Знаю, что ей ещё нет года и всё ещё поменяется множество раз, но сейчас — я просто смотрю на дочь и прекрасно понимаю, что ей в данный момент необходимо и как я должна поступить, чтобы закрепить в ней полезный социальный паттерн.

 

Каминг-аут: я никогда особо не хотела детей. Поиграть с чужими — пожалуйста, но своих — нет, спасибо. Боялась, что в первый же год обрасту бигудями, золотыми зубами с сигаретой в оных, старым махровым халатом с дырками и свежими тридцатью кило. Думала, что выпадет мозг. Вот совсем. В общем, представляла самое худшее. Думала, что материнский инстинкт и прочее — это вовсе не обо мне. В итоге выяснилось, что всё совсем не так, как я себе представляла. Оказалось гораздо круче и гораздо проще.

А то, что в народе вульгарно называется «материнским инстинктом», ощущается совсем не так, как тебе навязывали. Мой любимый ещё с детства этолог — Конрад Лоренц — почти сто лет назад ввёл понятие импринтинга. Первичный импринтинг — это запечатление матерью и ребёнком друг друга в первые условные полчаса после родов. После на нём основываются узнавание, привязанность и прочие радости. Не знаю, как это происходило у моей дочери, не думаю, что она вспомнит, она немного в шоке была в тот момент. Но я хорошо помню, как смотрела на неё и не могла оторвать взгляд. Превратилась в сканер, считывала информацию, а в голове будто все системы зависли и набиралась программа, записывался код. Я смотрела и думала: «О! А вот и импринтинг, прям по Лоренцу, смотри-ка, а дай-ка попробую оторвать взгляд, а нет, не получается, ха-ха, рендерится». Так что, как оказалось, привязанность пришла сразу, в виде кода. После этого ближайшие дни, а может и недели, эндокринная система подсаживает тебя на окситоциновую иглу, и это действительно похоже на наркотическое состояние. А потом уже — на всей этой основе — возникает психологическая привязанность.

 

Ещё в период беременности начались какие-то сумасшедшие открытия — о себе, о мире. Обнаруживаешь, что ты в сотни раз сложнее, чем думала, что человек — чудо инженерной мысли на грани с мистикой. И сложность не в органах и кровеносной системе, как нам объясняли в школе, а в биохимии, которую во время беременности и материнства можно легко прочувствовать. Ты просто ощущаешь, как в тебя шарашит успокоительный прогестерон в момент, когда ты только собираешься разволноваться. Или кто-то подходит к тебе слишком близко, и у тебя вдруг начинает зашкаливать адреналин — организм считывает второго человека как потенциальную угрозу и высвобождает нужные нейромедиаторы, чтобы ты была готова при необходимости броситься в бой, защищая плод, — ну или, если попозже, ребёнка. А самопроизвольные оргазмы ввиду больших всплесков окситоцина — вам не рассказывали о таком приятном бонусе, сударыни? Ты всё это чувствуешь, контролируешь реакции, понимаешь причины высвобождения того или иного гормона, можешь проследить реакцию собственной психики, посмеяться над тем, как неокортекс пытается облечь в логические социальные нормы производные лимбической системы — инстинктивное поведение, действие гормонов. Это — потрясающий опыт, если отслеживать эти вещи, а не плыть по течению. Ты действительно начинаешь многое понимать и о себе, и об окружающем мире.

У всех есть, что называется, рожавшие подруги. Девушки, которым ты на протяжении лет дрожащим голоском говоришь: «Но это же больно», «Но это же страшно», «Но как же потом справиться с ребёнком», «Я больше никогда не буду прежней», а они, умудрённо выпуская в потолок струю дыма, отвечают: «Да успокойся», «Тебе не будет страшно», «Да справишься». И ни один человек, которому я задавала подобные вопросы, не сформулировал свои объяснения так, чтобы не возникло никаких разночтений. Ни одна из них не сказала: «Саша, рожать больно, но в тебе будут так шарашить гормоны, что ты будешь находиться в состоянии изменённого сознания. Страшно не будет, потому что всю беременность организм будет сам себя успокаивать. Тебе вообще мало что придётся делать — твоя эндокринная система всё сделает за тебя, тебе даже думать о многих вещах не нужно.

А главное, Саша, ты действительно больше никогда не будешь прежней. Ты станешь лучше. Страхи отпадут, как шелуха. Твой инстинкт самосохранения, тот, который всю жизнь заставлял тебя пытаться соответствовать группе, сковывал и вынуждал опасаться, чтобы потенциально защитить, после рождения ребёнка условно переформатируется в инстинкт сохранения потомства. А от тебя, Саша, он отстанет. И ты многого перестанешь бояться, ты станешь гораздо спокойней и уверенней». Эта информация была бы мне крайне полезной. Это я бы хотела рассказать будущим молодым мамам. Ну и ещё то, что няня — это необходимость. И то, что нет лучшей игрушки для ребёнка, чем копеечный картонный стаканчик.

 

Каждая, даже относительно толковая статья, начинается с бреда вроде «беременность/роды/материнство — это лучшее время в жизни женщины», «каждая женщина должна…», «как это не хочешь, все хотят» и прочих розовых соплей. Я не понимаю, это какой-то демографический темник? Государственная разнарядка? Никто не обязан любить или хотеть детей. Женщина и инкубатор — немного разные вещи, инкубатор — он железный и квадратный, например. Думаю, детей нужно создавать, только если действительно чувствуешь такую необходимость, если уверена в своих возможностях и ресурсах. Если можешь дать всё то, чего не было у тебя.

Елена Борисова

 

В нашей семье единственная стратегия воспитания детей — это личный пример. Но мне не очень нравится слово «воспитывать». Мы с мужем считаем, что с самого рождения все дети — уже состоявшиеся личности, и относимся так же: не как к мальцам, а как к равным. Мы даём детям максимальную свободу. Наблюдаем, поддерживаем сильные стороны, помогаем справиться со слабыми, но не воспитываем. Дети должны расти счастливыми, самостоятельными, стрессоустойчивыми, адаптированными к этой жизни и… системными. С раннего детства все наши дети вовлечены в систему (в многодетной семье без системы невозможно). Мы глобально считаем, что человеку-системе в любом возрасте в жизни гораздо проще, чем человеку-хаосу. Поэтому у нас прописаны 23 правила семьи Борисовых, которые исполняются всеми членами семьи, и миссия — здоровая и счастливая жизнь каждого из нас.   

Я готовилась к материнству, много читала, но жизнь показывает, что опыт тогда можно называть опытом и применять его, когда он твой. Советы мам и подруг — да, это тоже имеет место быть, если ребёнок первый. Но всё равно свой путь проходишь самостоятельно, адаптируясь на каждом этапе снова и снова — главное, чтобы всё через любовь.

Меня удивило то, что с появлением ребёнка ты себе больше не принадлежишь. Что становишься ещё более ответственным человеком, чем раньше. Но больше всего меня удивило количество детей. Я всегда считала, что у меня будет один ребёнок, максимум два. Но представить не могла, что их может быть три или даже четыре. Все наши детки рождены в любви, они желанны и запланированы — и это самое большое счастье.   

В информационном пространстве не хватает мотивирующих примеров женщин, которые открыто и искренне говорят: даже после появления ребёнка женщина должна ставить на первое место в своей жизни себя. Часто в жизни молодых мам случается такой перекос: рождается ребёнок — и весь мир крутится вокруг него. Муж больше не в приоритете, любимое дело не в приоритете, мама всё больше общается только с такими же мамами только о детях, теряет опыт, теряет коммуникацию. Женщина всегда должна ставить себя на первое место. Затем — муж, затем — дети, родители, любимое дело и всё остальное. Только так.  В информационном поле легко найти любую информацию о том, как растить детей, о развитии и прививках, но почти ничего — о том, как быть счастливой женщиной. Ничего о состоянии гармонии, о том, как сделать его образом жизни. Меня очень часто спрашивают об этом — и я буду делиться своими знаниями столько, сколько нужно.

 

Каждый наш ребёнок — ожидаемый и любимый. Мы его принимаем и любим уже тогда, когда он ещё не родился. Первый малыш — это всегда мегаиспытание, ведь многое делаешь впервые, сомневаешься и волнуешься. Но этот опыт — невероятный.  Меня огорчает, когда спрашивают (а спрашивают часто): кого из детей вы больше всего любите? Материнской любви хватит на всех детей, она неделима.

Хотите быть в курсе всего?

Подпишитесь на нашу рассылку, вам понравится.
Мы обещаем писать редко и по делу